Настройки отображения

Размер шрифта:
Цвета сайта
Изображения

Параметры

Обычная версия

Чесменское сражение 1770 г. – морское сражение в Эгейском море у западного побережья Турции между русскими и турецкими флотами. Является одним из крупнейших сражений эпохи парусного флота. Оно делится на два этапа: первый этап – бой в Хиосском проливе 24 июня (5 июля); второй – уничтожение турецкого флота в Чесменской бухте в ночь на 26 июня (7 июля)

После начала Русско-турецкой войны 1768–1774 годов Россия решила отправила несколько эскадр из Балтийского моря в Средиземное, чтобы отвлечь внимание турок от действий на Черном море. В 1769 г. из Кронштадта в Средиземное море были направлены две эскадры[1] адмирала Г.А. Спиридова и контр-адмирала Д. Эльфинстона. Все морские и десантные силы в Средиземном море возглавлял граф А.Г. Орлов.

В конце июня 1770 г. объединенная русская эскадра обнаружила турецкий флот на рейде Чесменской бухты. В ее составе было 9 линейных кораблей, 3 фрегата, один бомбардирский корабль, а также 17 других судов и транспортов с общим вооружением около 740 орудий. Турецкий флот, которым командовал капудан-паша[2] Ибрагим Хусамеддин-паша, насчитывал 16 линейных кораблей, 6 фрегатов и около 50 вспомогательных судов с 1430 орудиями. Таким образом, неприятельский флот имел двойное численное превосходство в силах.

Турецкие корабли были построены в две дугообразные линии. В первой находилось 10 линейных кораблей, во второй – 6 линейных кораблей и 6 фрегатов. Вспомогательные суда стояли за второй линией. Построение флота было чрезвычайно тесным, полностью могли использовать свою артиллерию только суда первой линии.

Правильно оценив обстановку и слабые стороны боевого построения турецкого флота, адмирал Спиридов предложил следующий план атаки. Линейные корабли, построенные в строй кильватера, пользуясь наветренным положением, должны были под прямым углом подойти к противнику и нанести удар по авангарду и части центра первой линии.

После уничтожения кораблей первой линии удар предназначался по кораблям второй линии. В этом проявилось новаторство Спиридова как флотоводца, нарушившего правила линейной тактики, согласно которой требовалось вначале выстроить линию, параллельную противнику. Такое построение было связано с риском, т.к. русские, сближаясь с противником, подвергались продольному огню артиллерии турецких кораблей. Расчет Спиридова был построен на быстроте сближения.

Утром 24 июня (5 июля) русская эскадра вошла в Хиосский пролив и по сигналу главнокомандующего Алексея Орлова, находившегося на линейном корабле «Три Иерарха», построилась в кильватерную колонну. Головным шел корабль «Европа», за ним – «Евстафий», на котором держал свой флаг командующий авангардом адмирал Спиридов. Около 11 часов русская эскадра в соответствии с ранее разработанным планом атаки повернула влево и почти под прямым углом начала спускаться на противника. Чтобы ускорить выход на дистанцию артиллерийского залпа и развертывание сил для атаки, русские корабли шли в сомкнутом строю.

Около полудня турецкие корабли открыли огонь по русским кораблям. Спиридов приказал атаковать флагманский корабль турок «Реал-Мустафа». Во время абордажного боя команд «Евстафия» и «Реал-Мустафы» турецкий корабль загорелся, пламя перекинулось на русский корабль, и оба они взорвались. Адмирал Спиридов успел до взрыва покинуть «Евстафий». С гибелью турецкого флагманского корабля управление неприятельским флотом было нарушено. Вот что записано в журнале флагманского корабля «Три иерарха»: «Проходя мы близко неприятельского флота, стали палить по нем из пушек с ядрами, что происходило и с прочих нашего флота кораблей; и оное сражение происходило до исхода 2 часа, а в исходе 2 часа весь турецкий флот снялся с якоря и пошел в местечко Чесма, и стал там на якорь. В 2 часа поворотили мы через оверштаг»[3]. Под сильным артиллерийским огнем кораблей эскадры Спиридова турецкий флот в беспорядке отступил в Чесменскую бухту. Таким образом, в результате первого этапа сражения, продолжавшегося около двух часов, погибло по одному кораблю с каждой стороны, а инициатива полностью перешла к русским.
В сражении русские матросы проявили исключительный героизм и мужество. Так, например, во время абордажного боя «Евстафия» и «Реал-Мустафы» один из матросов хотел захватить турецкий флаг, но ему при этом прострелило руку, когда же он протянул другую руку, то ему была нанесена рана клинком. Тогда он, вцепился зубами в полотнище флага.

На следующий день был созван военный совет под председательством главнокомандующего А.Г. Орлова, в котором участвовали Г.А. Спиридов, С.К. Грейг, Д. Эльфинстон, Ю.В. Долгоруков, И.А. Ганнибал и другие командиры. Орловым и Спиридовым было решено, используя ночной бриз, дувший с моря на берег, сжечь турецкий флот в Чесменской бухте. В воспоминаниях Г. А. Спиридова об этом сказано так: «Итак, не мешкая нисколько, согласно с графом Алексеем Григорьевичем, так и с другими флагманами, с которыми со всеми и всегда согласно действовал, дал диспозицию для сожжения всего турецкого флота»[4]. Был создан специальный отряд под командованием младшего флагмана С.К. Грейга в составе 4 линейных кораблей, 2 фрегатов и бомбардирского корабля «Гром». Орлов приказал Грейгу немедленно направить «Гром» к Чесменской бухте и, пока турки находились в замешательстве, непрерывно метать бомбы в турецкие корабли, что и было исполнено[5]. Одновременно начали готовить четыре брандера[6].

В ночь на 26 июня (7 июля) отряд Грейга вошел в бухту. Линейные корабли «Европа», «Ростислав» и «Не тронь меня», образовали линию с севера на юг, вступили в бой c турецкими кораблями. 66-пушечный «Саратов» стоял в резерве, а «Гром» и фрегат «Африка» атаковали батареи на западном берегу. Вскоре взорвался первый турецкий корабль. Горящие обломки от этого взрыва забросали другие корабли в бухте. После взрыва второго турецкого корабля российские корабли прекратили огонь, а в бухту вошли брандеры. Три брандера по различным причинам не достигли поставленной цели и только один под командованием лейтенанта Д.С. Ильина выполнил поставленную задачу. Под огнем противника он подошел к 84-пушечному турецкому кораблю и поджег его. Команда брандера вместе с лейтенантом Ильиным села в шлюпку и покинула горящий брандер. Вскоре на турецком корабле произошел взрыв. Множество горящих обломков разлетелись по всей Чесменской бухте, распространив пожар почти на все корабли турецкого флота.

К утру было сожжено и потоплено 15 турецких линейных кораблей, 6 фрегатов и свыше 40 вспомогательных судов; лишь один линейный корабль «Родос» с 5 галерами захвачен в плен; погибло 10–11тыс. человек. Русский флот потерь в кораблях не имел; погибло 11 человек[7].
Участник событий князь Ю. Долгоруков писал впоследствии: «Вода смешанная с кровью и золою, получила прескверный вид. Трупы людей обгорелые плавали по волнам, и так ими порт наполнился, что с трудом можно было в шлюпках разъезжать»[8].

Весть о славной победе флота Российского вскоре достигла Петербурга. Екатерина II писала графу Орлову: «Европа вся дивится великому нашему подвигу и с любопытством обращает теперь на вас, исполнителя оного, свои взоры; беспристрастные все радуются успехам нашим и желают оным распространения и прочности; напротив того, державы, славе и возвышению империи нашей завиствующие, и на нас за то злобствующие, раздражаясь от часу более в неистовой своей ненависти, усугубляют, вопреки, коварства и ухищрения свои»[9].

Императрица щедро наградила всех отличившихся: адмирал Спиридов был пожалован орденом Св. Андрея Первозванного, граф Федор Орлов и командор Грейг получили орден Св. Георгия 2-й ст., 3-й степени ордена Св. Георгия были удостоены капитаны Федот Клокачев и Степан Хметевский, ряд офицеров, в том числе и командиры всех брандеров, получили крест ордена Св. Георгия 4-й ст.

Главнокомандующий всеми русскими силами на Средиземном море Алексей Орлов с этого момента получил почетную прибавку к фамилии – «Чесменский», а за «храброе и разумное предводительство флотом и одержание знаменитой на берегах Ассийских над турецким флотом победы и совсем оный истребивший» он был пожалован высшей степенью ордена Св. Георгия. Кроме того, графу был присвоен чин генерал-аншефа, даровано право поднимать кайзер-флаг и внести его в герб.

Чесменский бой имел важное военно-политическое значение. Турция, лишившись флота, вынуждена была отказаться от наступательных действий против русских в Архипелаге, сосредоточив свои силы на обороне пролива Дарданелл и приморских крепостей. Всё это сыграло важную роль при заключении Кючук-Кайнарджийского мирного договора. Сражение явилось свидетельством дальнейшего роста морского могущества России.

По распоряжению Екатерины II для прославления победы была воздвигнуты Чесменская колонна в Царском Селе (1778), а также построены Чесменский дворец (1774—1777) и Чесменская церковь святого Иоанна Предтечи (1777—1780) в Санкт-Петербурге. В память о Чесменской победе были отлиты золотые и серебряные медали. Имя «Чесма» носил эскадренный броненосец российского военного флота.

[1] В последующие годы в Средиземное море были направлены еще три эскадры. Эта экспедиция позднее получила название первой Архипелагской.
[2] Капудан-паша – титул командующего флотом Османской империи.
[3] Соколов А. Архипелагские кампании // Записки гидрографического департамента Морского министерства. 1849. Ч. 7. С. 290.
[4] Цит. по.: Дмитриев С.С. Чесменская победа. М., 1945. С. 33.
[5] Собственноручный журнал капитан-командора С. К. Грейга (в Чесменском походе) // Морской сборник. 1849. Т. 2. С. 805.
[6] Брандер – небольшое судно, наполненное легковоспламеняющимися веществами и предназначавшееся для сожжения неприятельских кораблей. Он имел абордажные крючья для сцепления с кораблем противника.
[7] Веселаго Ф. Краткая история русского флота. М., 1939. С. 99.
[8] Цит. по: Морской сборник, 1855. № 6. С. 332.
[9] Цит. по: Сборник императорского Русского исторического общества. Т. 1. СПб., 1867. С. 40.

Материал подготовила,
ведущий библиотекарь НБ
Прокофьева С. Г.

 
© 2020 Научная библиотека Тверского государственного университета. Все права защищены.
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.